Мне приходилось снимать барсов в Киргизии на базе зооцентра Этот не был похож на тех, молодых. Он не скалился и не жался в страхе в угол. Крупный, тяжелый зверь лежал спокойно на бетонной груде, заменявшей ему логово, и холодно смотрел зеленовато-желтыми глазами прямо в объектив. Его пятнистая шкура сверкала голубыми огнями. Короткие уши были прижаты. Я увлекся съемкой и не обратил на это внимания. Вдруг зверь взмыл в воздух, словно подброшенный катапультой, и прыгнул в разделявшую нас сетку, как в открытое окно. Секунда, и я был в десяти метрах от вольера Глухой удар. Сетка отбросила зверя в глубину просторной клетки.
Взрыв смеха заставил меня остановиться. Смеялись сотрудники биостанции, Цэмбэл и Баву...
Рядом мирно паслись сайгаки, квохтал фазан, играли степные лисички-корсаки.
Мы были в единственном в Монголии зверинце при биостанции Большого Гобийского заповедника Он располагался в Халиун сомоне. Директор заповедника, кандидат биологических наук товарищ Базар, водил нас по зверинцу и рассказывал о работе станции. На ее базе намечено создать первые зоопарки в республике: в Алтае, Улан-Баторе.
Всех животных зверинца отловили сотрудники заповедника. Недавно поймали двух диких верблюдов. Это большая удача. Важно научиться содержать и разводить редких зверей в неволе.
Главная задача заповедника - изучение и охрана флоры и фауны Монголии. Вместе с тем за пределами заповедника сотрудники биостанции ведут работу по организации охотничьего промысла
- Как раз сегодня мы намечали посетить бригаду охотников в горах. Сейчас идет добыча козерогов. Не хотите ли к нам присоединиться? - спросил Базар.
В глазах Цэмбэла мелькнула смешинка.
- А нам такие не повстречаются? - кивнул он на барса.
- Не думаю, - всерьез ответил Базар. - Эта кошка очень осторожна, а ведь там стреляют...