Статьи   Книги   Промысловая дичь    Юмор    Карта сайта   Ссылки   О сайте  







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Таксидермия нужна всем. (В. Бибиков, В. Муцетони)

В гулких залах музея с утра звенят ребячьи голоса. В какой музей в первый раз в жизни идут дети? С папой и мамой смотреть зверей, птиц и бабочек. Биологические и краеведческие музеи чрезвычайно популярны. У одной витрины, держа папу за палец, широко открыв глаза, девочка лет пяти смотрит на волка. К другой витрине учительница привела школьников - они изучают зоологию. Экскурсовод читает серьезную лекцию студентам-биологам. Пришла группа пенсионеров - их интересуют вопросы охраны животного мира.

Зоологический музей Московского государственного университета, Дарвиновский музей, Биологический музей им. К. А. Тимирязева ежегодно посещают до полутора миллионов москвичей и гостей столицы. А если добавить сюда посетителей ленинградского Зоологического музея, краеведческих музеев Киева, Минска, Ярославля и других городов нашей страны, цифра будет еще более внушительная.

Что такое биологический музей? Это собрание чучел зверей и птиц, коллекции насекомых, раковин, растений... И коллекции, хранящиеся в фондах, и диарамы, и биогруппы экспозиции - все сделано таксидермистом. Обычно посетители не видят этого человека, который неторопливо, изо дня в день выделывает шкурки, лепит основу, крутит проволоку каркасов, расправляет шерстинки и перья. И вот уже смотрят на посетителя, как живые, зверь или птица. Здесь нужно большое умение. Чуть не тот состав никеля - и полезла шерсть, чуть перетянул шкурку - и дыра, чуть не домазал мышьяком - и съели чучело моль или кожееды.

...А как-то были мы в одном краеведческом музее. Сквозь стекло витрины смотрел на нас странный зверь: шкура вроде бы леопарда, но ноги длинные, прямые, морда же - ну просто заячья. Так неумелый таксидермист испортил ценнейшую шкуру редкого зверя. Дело в том, что таксидермист должен не только уметь обработать шкуру, но и отлично знать биологию животных, их повадки, он должен быть скульптором, художником,

Кунсткамера Петра I - первый биологический музей в России. В 1742 году в ней было 212 чучел зверей и 775 чучел птиц. Из этой коллекции до наших дней сохранились чучела лошади и двух собак. В дальнейшем русские таксидермисты создали тысячи уникальных по своей научной и художественной ценности экспонатов. В крупнейших биологических музеях нашей страны хранятся работы знаменитых таксидермистов: М. А. Колина, Ф. К. Лоренца, С. К. Приходко, Н. В. Кузнецова, Д. Я. Федулова, Ф. Е. Федулова. Все новые и новые работы создают Н. К. Назьмов, М. А. Заславский, М. С. Адамян.

В 1975 году ушел на пенсию сотрудник Дарвиновского музея восьмидесятилетний таксидермист Дмитрий Яковлевич Федулов, руками которого созданы десятки экспонатов этого интереснейшего музея страны. О Дарвиновском музее стоит рассказать особо.

Молодой ученый Александр Федорович Коте задумал создание музея, который явился бы иллюстрацией идей эволюции и материалистического учения. Сам Александр Федорович считал временем создания этого музея 1896 год, когда были собраны первые коллекции, положенные в основу будущих грандиозных собраний. Десятилетия ушли на осуществление замысла. Свой музей А. Ф. Котс называл "музеем идей".

Котс был блестящим пропагандистом, популяризатором, а кроме того, зоологом, таксидермистом и коллекционером. Он оставил нам бессмертное наследие. Он умел видеть и находить людей. К работе в музее привлекались художники, зоологи, талантливые таксидермисты. Они работали вместе, помогая друг другу, дополняя друг друга. Анималисты Василий Алексеевич Ватагин, Алексей Никанорович Комаров, Константин Константинович Флеров, препараторы Дмитрий Яковлевич и Филипп Евтеевич Федуловы вместе с учеными обсуждали будущие экспонаты, готовили эскизы, обговаривали движение, позу зверя. Это была творческая, ответственная работа талантливого коллектива.

Нам посчастливилось видеть этих людей при создании вещей, которые теперь стали золотым фондом музея, наблюдать за ходом мысли мастера, движением его рук. Обстоятельность и добросовестность - вот что в первую очередь отмечали мы, сидя рядом с Дмитрием Яковлевичем Федуловым. Одновременно он любовался зверем или птицей, которым дарил вторую жизнь, и заботился о долговечности будущего экспоната: "Ведь не на один год делаем". Его пальцы двигались уверенно и красиво. Он умел изготовить и крохотного колибри и огромного белого медведя. Долгие годы таксидермической практики... и чем ближе финишная лента (рано или поздно пора уходить на покой), тем больше беспокойства о созданных своими руками экспонатах, тем чаще раздумье о их судьбе и судьбе дела.

Была династия Федуловых - династия знаменитых мастеров: отец, дядя и вот он, последний, Дмитрий Яковлевич. Кто заменит его? Сотрудники музея тоже думали об этом. Таксидермическая школа Федуловых должна быть продолжена. Долгими часами просиживали мы около мастера, стараясь понять его секреты. Да он и не скрывал их! Дмитрий Яковлевич рассказывал нам о незаметных хитростях ремесла, без знания которых, однако, хорошего экспоната не сделаешь. Впрочем, сделать хороший экспонат оказалось много сложнее, чем думалось поначалу. Смотришь, как работает мастер, и кажется - сейчас и у тебя получится не хуже. Но нет, не получается. И проволока не гнется, и шкурка не тянется, и пакля комками ложится... У кого терпения не хватит, тот не сможет сделать хорошую вещь. Мы знаем экспонаты Дмитрия Яковлевича не только с внешней стороны, но и изнутри. Ювелирная работа. Долголетие ей обеспечено.

Федуловы работали более полувека методом мягкой набивки. Даже слоны - африканский и азиатский - имеют под шкурами мягкую основу, имитирующую мышцы. Итак: изготовление, по существу, скульптурных вещей мягкой набивкой. Многих это удивляло. Но традиция - вещь упрямая. К тому же экспонаты, изготовленные таким способом, оказались художественно выразительными и долговечными.

В свободное от работы время сотрудники музея учились у Дмитрия Яковлевича и подумывали о создании в музее отдела таксидермии. При малом количестве сотрудников и большом объеме экскурсионной и экспозиционной работы создание таксидермического отдела казалось совершенно нереальным. Но все понимали важность проблемы. Теперь таксидермистов четверо. Школу Федуловых они пополнили своими изобретениями, поисками. В отделе начали появляться новые экспонаты: птицы, звери, рыбы, крабы, стали создавать биогруппы. Много внимания пришлось уделить и реставрации: чистить старые чучела, вклеивать по волоску или перышку, подбирая их по цвету и фактуре. Кропотливый труд!

Чем больше углублялись сотрудники в изучение технологии процесса, тем настоятельнее возникала потребность обменяться опытом с коллегами, и тогда обратились к художнику-таксидермисту Николаю Константиновичу Назьмову, который работает во Всеармейском военно-охотничьем обществе.

Этот удивительный человек облагает редкостным сочетанием художественных, биологических и таксидермических знаний. За долгие годы работы он сделал множество собственных открытий, которыми был готов поделиться с нами. В отличие от Федуловых, Назьмов работает скульптурным методом - шкура надевается на жесткую основу из папье-маше, его животные закомпанованы в биогруппы.

Итак, таксидермист - одна из главных фигур музея. Без него не будет коллекций, не будет музея. Без таксидермистов не обойтись биофакам университетов и институтов. Ведь не показав коллекций животных, не научишь студентов биологии. О таксидермистах мечтают и общества охотников. Вряд ли найдется охотник, который откажется иметь у себя чучело тетерева, глухаря или чирка на память об удачной зорьке и метком выстреле. Кроме того, наши общества охотников участвуют не только во всесоюзных охотничьих выставках, но принимают участие и в международных. А чтобы показать достижения охотничьего хозяйства, надо показать трофеи, и опять нужен таксидермист.

Вот здесь-то и начинаются страдания. Дело в том, что нигде в нашей стране не готовят таксидермистов-профессионалов. Старики таксидермисты старались передать свои методы и навыки ученикам. Но многих ли может научить восьмидесятилетний Дмитрий Яковлевич Федулов? Его ученики будут действительно настоящими мастерами своего дела. Но это же капля в море! И начинается самодеятельность. Музеи, институты, общества охотников принимают на работу случайных людей. Приходят к ним в лучшем случае любители природы и учатся кое-как обрабатывать шкурки, учатся сами, заново, как говорится, "изобретают велосипед". А о художественных достоинствах и думать не приходится. Конечно, если таксидермист хотя бы охотник-любитель, он не укрепит волка на дереве, но, например, сайгаков может окружить... кустиками травы из Подмосковья. Не будучи скульптором, он сделает невообразимые морды зверям, а птиц посадит в неестественные позы. Глядя на подобные экспонаты, ничему хорошему не научишься. Но самое главное, что такое чучело уже не исправить, и гибнут порой уникальные, бесценные экспонаты.

Биогруппа. Нападение харзы на оленя. Изготовлено Н. Назьмовым скульптурным методом. Фото В. Вельского
Биогруппа. Нападение харзы на оленя. Изготовлено Н. Назьмовым скульптурным методом. Фото В. Вельского

Чучело слона, изготовленное В. Федуловым методом мягкой набивки. Фото В. Есаулова
Чучело слона, изготовленное В. Федуловым методом мягкой набивки. Фото В. Есаулова

Полосатая гиена. Работа М. Адамяна. Фото М. Адамяна
Полосатая гиена. Работа М. Адамяна. Фото М. Адамяна

Волк. Работа Ф. Лореца. Зоомузей МГУ. Фото В. Есаулова
Волк. Работа Ф. Лореца. Зоомузей МГУ. Фото В. Есаулова

Казалось бы, чего проще: плохой таксидермист - откажись от него. Но не так это просто. Ведь зарплата у таксидермиста небольшая, к тому же по штатному расписанию он числится техническим персоналом музея. Вот почему хорошего специалиста сюда не заманишь и приходится работать с непрофессионалами. Кроме того, найдутся, пожалуй, всего две-три таксидермические мастерские, которые размещаются в более или менее приличных помещениях. Как правило, в подвалах, под лестницами, в каких-то немыслимых коморках, в пыли и сырости, без вентиляции работают эти великие энтузиасты.

Что же делать? У работников музеев и охотничьих организаций есть разные мнения. На наш взгляд, наиболее разумное и реальное - это организация большой центральной таксидермической мастерской. Она может быть организована государственным учреждением, например Главным управлением по охране природы и охотничьему хозяйству Министерства сельского хозяйства СССР или Министерства культуры СССР. Эту работу может сделать общественная организация, например Росохотрыболовсоюз. В этой мастерской должны работать хорошие специалисты: скульптор-анималист, биолог, мастер-таксидермист с высокой квалификацией и мастера по выделке шкур, формовщик, макетчик и т. п. Мастерская должна снабжаться необходимым оборудованием, химикатами, сырьем. Ей надо выделить удобное помещение.

Такая мастерская сможет делать настоящие экспонаты, отвечающие всем требованиям биологии, искусства и таксидермии. Снабжая музеи и выставки страны биогруппами и отдельными чучелами животных, мастерская будет рентабельна, а заказчики за невысокую плату получат настоящие музейные экспонаты. При такой централизованной работе изготовление чучел станет гораздо дешевле, чем их кустарное изготовление в небольшом краеведческом музее. Кроме того, отпадет угроза порчи уникальных экспонатов редких животных. От покупки работ такой мастерской, видимо, не откажутся музеи и зарубежных стран, так как работы наших таксидермистов известны во всем мире. Биогруппа "Волки, нападающие на лося", мамонт работы Н. К. Назьмова, огромный уссурийский тигр, белый медведь, леопард, рысь работы Д. Я. Федулова приводили в восторг посетителей выставок в Японии и Венгрии.

Впрочем, объяснять выгодность организации центральной таксидермической мастерской излишне. Всем известно, что завод изготовит элементарную мясорубку быстрее, дешевле и качественнее, чем столовая, которой понадобится эта мясорубка и которая попытается сделать ее при помощи рашпиля и руками какого-нибудь пенсионера-активиста. А ведь исполнение экспоната музея - дело куда более сложное и серьезное с государственной точки зрения.

Создание такой мастерской не исключает присутствия таксидермиста в каждом музее, университете или обществе охотников. И такие учреждения должны позаботиться о нормальных условиях для ее работы. Но этот таксидермист должен выполнять текущую работу по обработке коллекций, выделке шкурок, набивке тушек, чистке черепов, ремонту имеющихся экспонатов. Он должен при необходимости грамотно законсервировать и отправить в центральную мастерскую сырьевой материал. Но если музей делает новую экспозицию или предполагается выставка, работу для них исполнит центральная мастерская. При ней смогут проходить стажировку таксидермисты всей страны. Здесь их подготовят квалифицированные специалисты.

Растут культурный уровень и запросы наших охотников. Стали популярны выставки охотничьих трофеев. Поэтому союзы охотников должны серьезно заинтересоваться затронутой в нашей статье проблемой.

предыдущая главасодержаниеследующая глава










© Злыгостев А.С., 2001-2020
При цитированиее материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://huntlib.ru/ 'Библиотека охотника'

Рейтинг@Mail.ru