Статьи   Книги   Промысловая дичь    Юмор    Карта сайта   Ссылки   О сайте  







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Самые первые, антикварные, букинистические... (В. Холостов)

Инкунабулы (от латинск. "колыбель, раннее детство") - печатные первокниги, восходящие к самому начальному периоду книжного дела. В Европе сохранилось около 40 тысяч этих типографских первенцев; в некоторых из них встречаются описания реальных и мифических животных, их повадок и использования. Своего пытливого охотоведа-исследователя ждут инкунабулы, спящие в тихих книгохранилищах Государственной ордена Ленина библиотеки Союза ССР имени В. И. Ленина, других библиотек, в архивах.

На протяжении многих и многих столетий появлению печатных книг, естественно, предшествовали рукописные трактаты и монографии. Многие из них иногда переписывали (от руки же!) приверженцы той или иной тематики. На Руси, по мере распространения письменности, историю охоты, ее законы и обычаи вещали порой ревниво хранимые в монастырских подвалах грамоты и летописные хроники. К древнейшим памятникам, упоминающим о добывании животных, с известной натяжкой может быть причислена и Библия: Бытие, главы 25, 27 и 30.

В Европе первое специальное сочинение об охоте принадлежит, по-видимому, древнегреческому историку Ксенофонту (444-355 гг. до н.э.), в течение 20 лет жившему и охотившемуся на зайцев вблизи Олимпии (в Скилмунте). Его трактат "Об охоте с собаками", переведенный в начале XX в. на русский язык Янчевецким, представляет охоту и собак как изобретение богов Аполлона и Артемиды; он учит добывать зайцев, кабанов, оленей, львов, леопардов, рысей, медведей и других зверей. (Ученому была известна охота на зайцев только с гончими; о существовании галльских борзых - цертрагос - он еще не слыхал.)

Перу римского императора Публия Элия Адриана (76-139 гг.) принадлежит, вероятно, второй по времени аналогичный труд - "Об охоте". В нем дано описание экстерьера и полевых досугов борзой собаки, приводятся рекомендации по обучению собак и охоты с ними. Последующие рукописные книги об охоте относятся уже к эпохе средневековья.

Первым монументальным письменным памятником, древнейшим сводом русских законов была "Русская Правда" Ярослава Мудрого. Из трех основных редакций "Русской Правды" древнейшей (1016 г.) считается краткая "Правда Роськая". Охоте в этом своде уделен целый раздел, упоминается охота с ловчими собаками, соколами. Составленный на основе действовавшего в Древней Руси обычного права, этот свод отображает первую попытку упорядочить охотничье хозяйство, игравшее на Руси важную экономическую роль. По этому закону нарушители охотничьего права подвергались необычайно высоким по тому времени штрафам: за порчу чужого перевеса (охотничье угодье), кражу выношенного сокола, ястреба или улова из чужого перевеса надо было внести три гривны кун (21 руб. золотом) князю и одну гривну - владельцу; воровство племенного (!) бобра наказывалось штрафом в 12 гривен (84 руб. золотом), гуся, лебедя, журавля и утки - в 30 кун (8 руб. 40 коп.), голубя или куропатки - в 9 кун (2 руб. 52 коп.) за штуку, а если в чьем-либо угодий обнаруживались признаки незаконной ловли - сети, разрытые норы и т. п., то община этой местности обязана была представить браконьера или уплатить штраф в размере 12 гривен за укрывательство: "Оже кто украдет во чием перевесе сий пес... то три гривны продажи, а господину гривна", то есть три четверти штрафа (30 рублей золотом) должны были вноситься в казну и одна четверть (10 руб.) - в пользу владельца собаки. А поскольку право "птичьей потехи", установки сетей и бобровые гоны принадлежали прежде всего самому князю, его вассалам и приближенным, социальный колорит этого закона не вызывает сомнений. При том же Ярославе Мудром (978-1054 гг.) был переведен на славянский язык сборник "Физиолог", в котором описаны реальные и вымышленные повадки лисицы, оленя, орла, кита и некоторых других животных.

Сто лет спустя появляется первое публицистическое произведение на Руси - "Поучение" Владимира Мономаха своим детям. В его автобиографических зарисовках есть и сцены охоты, относящиеся преимущественно к периоду княжения в Чернигове. Одна из строк этих воспоминаний - "лютый зверь вскочил ко мне на бедры и конь со мной поверже" - вызывает у зоологов немало толков. Под "лютым зверем" предполагали волка, рысь, леопарда и даже льва или тигра (проф. В. Г. Гептнер, 1969 г.). Глубоко поэтическое описание родной природы позволило исследователям причислить "Поучение" князяловчего к предшественникам "Слова о полку Игореве".

В 1263 г. появилась книга Федора Грамматика "От шестоднева избрано о животнех" - первая работа о зверях и птицах на русском языке, компиляция по Иоанну Экзарху (X в.). В 1385 г. в переводе Д. Зографа стала известна "Похвала" византийского ученого Георгия Писиды (VII в.) - описание ряда млекопитающих, птиц и насекомых.

В XII столетии элита всевозможных герцогств, княжеств, графств и т. п. лоскутных государств Западной и Центральной Европы начинает увлекаться бестиариями - сборниками стихов или прозы с аллегорическими описаниями зверей, птиц и рыб, именовавшихся тогда "бестиями" (от латинск. bestia - зверь). Несколько бестиариев известно и в русской литературе XVII в.

Один из ранних охотничьих раритетов - рукописный трактат об искусстве охоты с соколом ("De arte venandi cum avibus") принадлежит перу внука Фридриха I Барбароссы, императору "Священной Римской империи Германской нации" и королю Сицилии, наблюдательному охотнику-натуралисту Фридриху II Гогенштауфену (1194-1250 гг.). Не менее интересным произведением мировой средневековой охотничьей классики считается увидевшая свет в 1413 г. в Англии книга герцога Эдуарда Йоркского "Master of Game" ("Егерь по дичи"). Бесспорный интерес, историко-библиофильную и музейную ценность представляют собой написанное в 1530 г. в Германии наставление охотникам "Waidwergk" ("Охотничье дело") и изданная в 1585 г. в Польше книга М. Цыганьскего "Myslistwo Prasze" - руководство по различным видам охоты.

Выпуск факсимильных изданий редчайших немецких книг XV-XVIII вв. об охоте предпринял в начале 1970-х гг. д-р Курт Линднер (ФРГ). Шрифты, заставки, формат, специально изготовленная бумага, переплет - все с абсолютной точностью воспроизводит хрупкие, пожелтевшие, покрывшиеся кое-где сыпью, пятнами и подтеками, местами порванные листы уникальных оригиналов. "Монумента венатория" ("Охотничьи памятники") - так называется эта серия - открывается рукописной книгой об охоте с ловчими птицами и о ястребах "Das erste bucb vahet also an vnd leret paissen vnd auch den habich erkennen", увидевший свет в 1480 г. в Аугсбурге и написанной, как видно из заголовка, на архаическом старонемецком языке. Сохранившаяся в одном целом и двух поврежденных экземплярах, первая в мире печатная книга об охоте - "Meysterliche stuck von Bayssen vndjagen" (Аугсбург, 1531 г.) стала вторым томом серии. Интересен 4-й том - факсимиле уцелевшей в единственном экземпляре отпечатанной в 1737 г. в Лейпциге книги "Особые разговоры о парфорсной охоте между Немвродом, первым охотником, и всемирно известным Губертом" (святой Губерт - церковно-мифологический покровитель европейских охотников и охоты). Автор этой небольшой (48 страниц) книжки - некогда саксо-веймарский, а затем оберпикер (распорядитель охоты) польского королевского двора Георг Фридрих Пробе в виде оживленного диалога между мифологическими охотниками охватывает все стороны парфорсной охоты - лошадей, собак, снаряжение и самую технику этой "силовой" охоты, быстро затмившей в Западной Европе все остальные виды придворных охотничьих потех. В течение 1971- 1973 гг. вышли 12 факсимильных изданий этой библиотеки (изд-во Пауль Парей, Гамбург и Зап. Берлин).

В отечественной и зарубежной литературе неоднократно утверждалось, что изобретателем колесцового ружейного замка был гениальный итальянский художник, ученый и инженер Леонардо да Винчи (1452-1519 гг.). Однако, исследовав первые образцы колесцового ударно-спускового механизма, немецкие оружиеведы недавно высказали мысль, что изобрел его не Леонардо и даже не оружейник, а часовых дел мастер. Чертеж этого замка обнаружили в "Леффельхольц-манускрипте" (1505 г.), хранившемся в Берлинской государственной библиотеке. Этот прибор нес в себе все детали, составившие позднее колесцовый замок.

Помимо "Уложения", в котором немало говорится о нарушениях правил охоты, дабы "неповадно было впредь так делать" (Первое Полное собрание законов Российской империи, т. I), гусиному перу "достоверного охотника"- царя Алексея Михайловича (1629-1676 гг.) принадлежат и два древнейших памятника специальной русской охотничьей литературы: образный трактат "Книга глаголемая урядник. Новое уложение и устроение чина сокольничья пути" (1656 г.) и "Охотничий дневник". Трактат состоял из пяти, частей: предисловия, главы "Благочиние и словочестие сокольничья чина начальным людям" в двенадцати статьях, главы "О ястве и речах", росписи государевым охотникам - кому какую птицу держать и росписи охотничьему снаряду (принадлежности соколиной охоты, одежды и пр.). "Будите охочи, забавляйтеся, утешайтеся сею доброю потехою, - говорится во введении к "Уряднику", - ...да не одолеют вас кручины и печали всякие. Избирайте дни, ездите часто, напускайте, добывайте, нелениво и безскучно, да не забудут птицу премудрую и красную свою добычу". Под введением собственной рукой царя, при котором охота с ловчими птицами достигла на Руси наивысшего расцвета, начертано: "Сия притча душевне и телесне; правды же и суда милостйвыя любве и ратного строя николиже позабывайте: делу время и потехе час", За несколько лет до вступления Алексея Романова на престол был написан Фонлессиным первый устав ("Регул") псовой охоты (1635 г.).

Вскоре наметился упадок потехи с ловчими птицами, вширь и вглубь начала распространяться охота с ловчими собаками, за холмами, за долами прокатились первые ружейные выстрелы.

Книгопечатание в России стало известно еще в XVI столетии при Иване Грозном - любителе "медвежьих потех". Однако первые печатные книги об охоте появились в России лишь в середине XVIII в. К числу их принадлежали две книжки Логина Краузольда - члена Российской академии наук и секретаря Государственной военной коллегии. Первая именовалась "Наставление человеку, упражняющемуся в охоте, и разговор двух приятелей - пустынника и лесолюба о предметах, касающихся охоты". Она вышла в Санкт-Петербурге в 1766 г. и посвящалась увлекшемуся охотой графу Григорию Орлову. Вторая - "Средство к приобретению в стрельбе на полете и на побеге совершенного искусства" (Спб., 1768 г.). Схема построения первой из них - разговор двух приятелей - схожа с ранее упомянутым разговором Немврода с Губертом. Что касается второй, то в конце 1960-х гг. немецкий охотовед и библиофил, ныне покойный д-р Линднер, установил, что как само название книги, так и многие ее страницы представляют собой не что иное, как перевод отпечатанной в 1753 г. во Франкфурте-на-Одере (в печатне Иоганна Христиана Клейба) книги Георга-Фридриха Мэллера (сообщение д-ров К. Линднера и Э. Бухгольца в сборнике "Эт мультум эт мульта". Берлин - Нью-Йорк, 1971 г.).

Колесцовый ружейный замок. Изобретатель неизвестен
Колесцовый ружейный замок. Изобретатель неизвестен

Полку псовых и ружейных охотников в России с каждым десятилетием прибывало, книги же для них оставались большой редкостью. И еще долго были в ходу переписываемые от руки пособия и наставления. Одна из последних рукописных работ, оставшаяся неизданной и хранящаяся в отделе редких рукописей Ленинской библиотеки, - руководство к ружейной охоте, была написана егер-майстером Петра III Бастианом.

Потребность в понимании некогда бытовавших слов - местных, региональных и иностранных терминов - уже на ранних этапах развития письменности вызвала появление небольших словарных приложений (толкователей и глоссариев) к рукописным текстам-вокабулам и инкунабулам. Позднее такие толковые словари завершали некоторые печатные издания. Таков, например, "диктионер охотника" парижанина Роберта де Сальнова, приложенный к его книге о королевских охотах "La Venerie Royalle" (1655 г.). Наиболее ранним отдельным изданием был, по-видимому, французский охотничий словарь Эрнста Парена, включивший слова на буквы от А до I (Париж, 1856 г.). В древнерусской письменности к числу первенцев относятся глоссарий к "Новгородской кормчей" книге XIII в., новгородские и московские азбуковники к текстам XVI-XVII вв., в которых вкраплены толкования отдельных охотничье-промысловых терминов. Наиболее полные исследования в области лексикографики охотничьей терминологии осуществлены немецкими филологами и историками И. X. Мейхснером (1538 г.) и Эрнстом фон Домбровски (1892 г.). В России составителем первого небольшого "Словаря охотничьих технических слов" (Спб., 1861 г.) был Е. Меньшов. Об этой брошюре С. И. Романов (1877 г.) говорит: "Словарь г. Меньшова состоит из 25 страничек, напечатанных очень крупным и разгонистым шрифтом, и едва ли заключает в себе хотя бы 1/10 часть полной охотничьей терминологии. Но, несмотря на свои микроскопические размеры, "словарь" этот не лишен многих ошибок, Так, например, на стр. 19 читаем, что казарка - порода диких уток, а на последней странице, что яхташ - слово татарское, и т. д. Вообще, словарь г. Меньшова по своим незначительным размерам едва ли может представить какой-нибудь интерес". Самому С. И. Романову, известному охотнику и знатоку охотничьего оружия в дореволюционной России, принадлежит составительство "Охотничьего словаря" (два издания, 1876-1877 гг.) и "Словаря ружейной охоты" (СПб. - М., 1877 г.). Небольшое число терминов и устаревшее, не всегда точное толкование их сделали эти книги интересными разве лишь для узкого круга охотников-библиофилов.

Прошлый век, не в пример предшествующим, как периодикой (журналы), так и непериодической печатью (руководства, сборники) был щедрее к охотникам. Среди интеллигентной (читающей) охотничьей прослойки царской России наиболее часто (на безрыбье и рак рыба!) штудировались книги Василия Алексеевича Лёвшина (1746-1826 гг.). Писатель и переводчик, член ряда отечественных и иностранных ученых обществ, участник русско-турецкой войны 1769-1774 гг., генерал от инфантерии и обер-егермейстер царской охоты, автор "Русских сказок, содержащих древнейшие повествования о славных богатырях, сказки народные, и прочие оставшиеся через пересказывание в памяти приключения" (10 выпусков, 1780-1783 гг.) и многих часто ставившихся на сцене оригинальных и переводных комедий и комических опер, Лёвшин переводил не только литературные произведения, но и работы в области домоводства, сельского хозяйства, различных ремесел и т. п., в том числе и "магическую" часть книги "Егер-практика" знаменитого за рубежом егеря Дебеля. В предисловии к "Совершенному егерю" (1779 г.), как назвал эту работу Лёвшин, он говорит, что в основу книги им положен перевод известного немецкого охотника Веймара, коего он "перепел приложа многие пополнения" (из титульного листа книги). Теперь же установлено (К. Линднер и Э. Бухгольц. "Эт мультум эт мульта", 1971 г.), что в действительности это пополненный дельными (применительно к русской охоте) замечаниями самого В. А. Лёвшина перевод книги Германа-Фридриха фон Гэххаузена (1663-1733 гг.) "Нотабилиа венаторис". Несколько переизданий этой книги вышло анонимно, и Лёвшин ошибочно принял название немецкого города Веймара за фамилию автора.

В 1774 г. первым и в 1810-1814 гг. вторым изданием в Москве выходит 4-томная "Книга для охотников до звериной и птичьей ловли, также до ружейной стрельбы и содержания птиц" В. А. Лёвшина. Как и предыдущая, и эта его работа малооригинальна, компилятивна, служит примером некритического подхода к переводимым подлинникам.

В 1810 г. в продажу поступает еще одна толстая (574 стр.), изданная в Москве книга трудолюбивого охотничьего наставника "Псовый охотник, или Основательное и полное наставление о заведении всякого рода охотничьих собак".

Первые оригинальные (не переводные и компилятивные) заметки и статьи преимущественно провинциальных русских охотников появились в 1780-х гг. в журнале "Экономический магазин" в одном из наиболее серьезных печатных органов того времени.

В 1785 г. выходит в свет книга "Псовый охотник, изданный любителем псовой охоты Г. Б.", долгое время служившая основным руководством любителям травли. Книга интересна тем, что все в ней дано с натуры, оригинально, с точной и сочной, чисто русской охотничьей терминологией, без какой-либо оглядки на приемы или жаргон заграничных псово-парфорсных охот.

В 1846 г. увидела свет реалистическая "Псовая охота" Н. Реутта, а год спустя - монография А. Венцеславского (стремянного Николая I) "Псовая охота вообще". Не исключено, что первая из этих книг толкнула С. Т. Аксакова засесть за свои "Записки ружейного охотника Оренбургской губернии".

Колесцовый замок. Леонардо да Винчи
Колесцовый замок. Леонардо да Винчи

Изданная в 1852 г., эта книга считается первым капитальным, абсолютно самостоятельным и свободным от мистицизма трудом об охоте в России, передавшим нам, как эстафету, весь огромный, во многом не потерявший своего познавательного значения опыт его автора и сыскавшим ему среди любителей природы почетное звание "патриарха русских охотников". В свою очередь, аксаковские "Записки" нашли своих последователей в лице известных охотников-литераторов прошлого века - П. М. Мачеварианова ("Записки псового охотника Симбирской губернии", 1876 г.), П. М. Губина ("Полное руководство по псовой охоте", 1891 г.) и Н. П. Ермолова, славившегося комплектной псовой охотой, автора дельных статей о собаках (журнал "Природа и охота" и др.), разработавшего в 1888 г. первый стандарт русской псовой борзой, а также большого любителя псовой и ружейной охоты Н. В. Киреевского ("40 лет постоянной охоты", М., 1875 г.); "Рассказы лесного охотника о стрельбе глухарей, полевых тетеревей и рябцов", 1869 г.).

Для относительной полноты этого краткого библиографического экскурса следует, наверно, упомянуть и несколько других, в том числе и переводных, книг и книжиц второй половины прошлого века. Таковы анонимная (инициалы автора - М. М.) книжка "Егерь, псовый охотник и стрелок" (1852 г.); Н-а О-о (К Ооновский) "Замечания Московского охотника на ружейную охоту с легавой собакой" (1856 г.); Н. Сементовский, "Сказание о ловах великих князей Киевских" (1857 г.); И. М. Снегирев, "О звериной и птичьей охоте и зверинцах в Москве до XVIII века" (1861 г.); С. М. Любецкой, "Взгляд на охоту и на важное значение ее для людей" (1866 г.); Е. Прокудин-Горский, "Поездка в Корачаевские болота" (1867 г.) (Книга написана после поездки автора к знаменитому орловскому охотнику-помещику Н. В. Киреевскому. Вторая книга Прокудина-Горского - "Отъезжее поле на медведей" - особого интереса не представляет); К. Больдт, "Руководство к изучению охотничьего оружия" (1864 г.); Ф. Освальд, "Легавые собаки" (в переводе с немецкого книга вышла в 1872 г. в Варшаве); Л. Хлыстов, "Карманная справочная книжка для ружейных охотников и любителей собак" (1873 г.); Ф. А. Арсеньев, "Зыряне и их охотничьи промыслы" (1873 г.) и написанные как руководство его же "Охотничьи рассказы" (1885 г.); А. А. Черкасов, "Записки охотника Восточной Сибири" (1856-1863 гг.) (1-е издание ее было осуществлено в 1867 г. петербургским книгоиздателем С. В. Звонаревым, 2-е - в 1884 г. А. С. Сувориным. В сокращенном виде "Записки" переизданы в 1950 г. в Иркутске, в 1958 г. - в Чите ив 1962 г. под названием "Записки охотника-натуралиста" - изд-вом Академии наук СССР); М. П. Вавилов, "Охота в России во всех ея видах" (1873 г.); С. И. Романов, "Ружейная охота на птиц в России".

С начала 1870-х гг. стали публиковаться многочисленные труды Л. П. Сабанеева, известного ученого и популяризатора, одного из зачинателей прикладной отрасли зоологии - охотоведения. Такие его монографии, как "Соболь и соболиный промысел" (1875г.), "Глухой тетерев" (1876 г.), "Рябчик" (1877 г.), "Породы охотничьих собак" (1892 г.), "Собаки" (кн. I. Легавые, 1896. г.), "Рыбы России. Жизнь и ловля (уженье) наших пресноводных рыб" (три издания, 1892-1911 гг.), встречаются далеко не часто даже у заядлых любителей охотничьей литературы. Редким украшением библиотеки охотника и охотоведа служит "Охотничий календарь, Справочная книга для ружейных и псовых охотников" Сабанеева. Впервые эта книга увидела свет в 1885 г. как приложение к журналу "Природа и охота" и с дополнениями переиздавалась в 1892, 1896 и (объемом 858 стр.) в 1904 гг. В более чем вдвое сокращенном объеме (384 стр.) и под непонятно почему измененным названием "Календарь природы" охотничий календарь вышел в 1964 г. массовым тиражом в издательстве "Наука".

Если 80-е гг. принесли охотникам всего две солидные книги: переиздание "Записок охотника" Черкасова, 1884 г., и монографии В. В. Гринера "Ружье", 1887 г., то урожай 90-х гг. был несравненно обильнее. На суд читателей свои книги вынесли: Г. Д. Розен, "История гончих собак" (1890 г.) и "Очерки истории борзой собаки" (1891 г.); Н. В. Туркин, "Закон об охоте 3. II. 1892 г." (1892 г.) (подробный социально-охотоведческий критический разбор этого первого и последнего в царской России специального законодательного акта об охоте, стремившегося всячески оградить помещиков от любого, даже самого незначительного убытка или ограничения); Э. Лаверак, "Сеттер" (1890 г.); М. Журнэ, "Мемуар о стрельбе из охотничьих ружей" (русский перевод издан в 1895 г.); Н. П. Ооновский, "Собака охотничья, сторожевая, овчарка и пр. Естественная история собаки" (1896 г.); А. П. Ивашенцев "Охота и спорт" (1898 г. Охоте отведено 222 страницы, мало что дающих полезного для охотников).

Несколько добрых слов о Льве Николаевиче Вакселе (1811-1885 гг.) - видном охотнике-любителе, авторе "Карманной книжки для начинающих охотиться с ружьем и легавой собакой" (1866, 1858 и 1870 гг.), о которой СТ. Аксаков писал автору: "Нет никакого сомнения, что книжка ваша совершенный, серьезный подарок для охотников, что она написана прекрасно и проникнута чувством истинного охотника. Книжка ваша имеет один и большой недостаток: она слишком сжата, слишком коротка" (1856 г., июля 9-го, д. Абрамцево). Впоследствии эта книжка была расширена Вакселем до "Руководства для начинающих охотиться с ружьем и легавой собакою", выдержавшего 5 изданий (Спб., 1876-1898 гг.) и до сих пор читающегося с неослабным интересом (главы об известном русском медвежатнике князе А. А. Ширинском-Шахматове, о приготовлении дичи). Кстати, старший брат охотника - В. Н. Ваксель был основоположником породы маркловских собак, поведших начало от подаренных ему курляндским бароном Маркловским щенков; порода прекратилась к 1870 г.

Современный егерь
Современный егерь

В 1895 г. увидела свет двухтомная классическая монография "Птицы России" блестящего натуралиста Московского университета М. А. Мензбира (1855-1935 гг.), действительного члена Академии наук СССР (с 1929 г.), президента (1915-1935 гг.) состоявшего при Московском университете старейшего в России Общества испытателей природы, ученого, чье имя в истории МГУ стоит рядом с именами биологов Тимирязева и Сеченова, физиков Столетова и Лебедева, химиков Зелинского и Каблукова, геологов Павлова и Вернадского. В 1900-1902 гг. вышел его столь ценимый серьезными любителями природы и охоты труд, как "Охотничьи и промысловые птицы Европейской России и Кавказа" (2 тома и атлас цветных изображений птиц).

К числу антикварных охотничьих изданий дореволюционной России относятся вышедшие ограниченным тиражом альбомы и книги, нередко являющие собой подлинные шедевры полиграфического искусства.

Помимо книг XVIII и начала XIX столетия к букинистическим сокровищам прежде всего надо отнести монографию "По медвежьим следам", изданную А. А. Ширинским-Шахматовым в 1900 г. на английской ватманской бумаге с водяными знаками, в обтянутом холстом деревянном переплете и с собственноручно раскрашенными автором схемами. Из 100 нумерованных экземпляров этой книги, лично вручавшихся титулованным медвежатником особо высокопоставленным или знатным особам, в Советском Союзе в 1950-х гг., по мнению библиофила Н. П. Смирнова-Сокольского и некоторых старых букинистов, оставалось не более трех книг, в том числе экземпляр № 92, переданный автором настоящего обзора библиотеке Центральной научно-исследовательской лаборатории биологии и техники охотничьего промысла Заготпушнины в подмосковном Лосино-Островском лесничестве. Пополнили букинистический антиквариат книга Д. К. Нарушкина "Охота на лосей", выполненная петербургской Экспедицией заготовления государственных бумаг в 1900 г.; частное издание главного архитектора Киева В. В. Городецкого "В джунглях Африки. Дневник охотника" (Киев, 1914 г.) в резном дубовом переплете по эскизу автора; большеформатные книги-альбомы (определители) "Утки России" (Спб., 1900 г.) и "Гуси России" (М., 1904 г.) С. Н. Алфераки и его же классические "Очерки утиных охот" (Спб., 1911 г.), написанные по опыту хорошо поставленной барской охоты на эту дичь. Гордостью охотника-библиофила может служить тяжеловесный крупноформатный фолиант Г. В. Карцова "Беловежская пуща" (Спб., 1903 г.).

Все лучшее, что было у полиграфистов петербургского Гознака (формат "ин фолио", бумага, шрифт, печать акварельных рисунков Н. Самокиша и репродукций с картин известнейших русских живописцев, золотой обрез книг, серебряные накладки - орлы по углам толстого тисненого переплета), воплотил в себе 4-томный исторический очерк "Великокняжеская, царская и императорская охота на Руси" эрудированного организатора придворных охот Н. Кутепова (т. I-1896 г., т. II-1898 г.; III-1900 г. и IV-1911 г.). Для специального исследования современному охотоведу наверняка могут пригодиться отдельные тома Полного собрания летописей, не всегда социально-правдивые труды Н. М. Карамзина и других историографов, хранящиеся в госархиве, так называемая "Книга охот" б. Дворцового ведомства - дневник царских выездок в XIX в. на разные охоты. Отдельные яркие штрихи и даже некоторые цифровые данные о потехах былых властителей земли русской можно почерпнуть в отнюдь не специальной охотничьей литературе, а, например, в хранившейся в Стокгольмском государственном архиве и изданной в Петербурге в 1840 г. рукописи отказавшегося оклеветать нескольких своих соотечественников и бежавшего в 1664 г. за границу подьячего Посольского приказа в Москве Григория Кошихина (Г. К. Котошихина), озаглавленной "О России в царствование Алексея Михайловича".

Поднимая краешек завесы прошлого, посильную лепту в историю охоты народов Советского Союза вносят путевые заметки и дневники Ахмеда Ибн-Фадлана, Марко Поло, до недавних лет никому не известного, побывавшего и на Оке, и в Киев-граде и некоторых других славянских землях, подробно описавшего лыжи охотников Крайнего Севера европейской части России и подержавшего в руках русские меховые деньги немолодого испанского путешественника начала XII в. Абу-Хамида ал-Гарнати (полное его имя - Абу-Хамид Абу-Абдаллах Мухамед ибн-Абд ар Рахим ал-Мазини ал-Каисиал-Гарнати ал-Андалуси ал-Уклиши ал-Каирувани), немецкого дипломата С. Герберштейна и некоторых иных иноземных послов и путешественников.

Памятники, в том числе и литературные, - связующее звено времен. Они обеспечивают непрерывность духовных и культурных традиций народа. Созданные в прошлом, многие из них устремлены в будущее. Роль письменных и других памятников истории и культуры в патриотическом воспитании людей, формировании у них марксистско-ленинского мировоззрения оценена ныне, как никогда прежде. В Конституцию СССР внесен специальный пункт о сохранении и значимости памятников истории и культуры для общества. Эта аксиома целиком распространяется и на рукописные и печатные произведения, ставшие памятниками истории и культуры охоты народов, населявших и ныне живущих на территории Советского Союза... Читайте, ищите и обрящете!

предыдущая главасодержаниеследующая глава










© Злыгостев А.С., 2001-2020
При цитированиее материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://huntlib.ru/ 'Библиотека охотника'

Рейтинг@Mail.ru